Сегодня самое время задать себе и другой вопрос. А всё ли я сделал для своих близких, а что будет с ними если со мной что-то случится?

Иммигрантское менталити, советские традиции и образ жизни приучили нас не думать о будущем, т.е о финансовом будущем наших детей и близких. Нам нечего было оставлять им после себя. Здесь, другое дело, мы что-то создали, накопили и, наверное, добавим еще. Кто же поможет нам это все отнести и положить рядом с собой в могилу? Такого сервиса еще не существует. Пардон, существует для фараонов. С ними хоронят все- золото, сосуды с водой, животных, слуг и жен, мебель и картины. Чтоб не было скучно в другом мире.

  Кто-то сказал что “богатые планируют на 3 поколения, бедные планируют субботнюю ночь”. С возможным исключением будийских монахов, большинство из нас не планируют в деталях свой последний бренный день на земле, финансовую защиту своей семьи, ее сплочение и благодарность Вам  за заботу не только сегодня но и после того когда Вас уже долго нет.

  Я говорю о завещании и трасте,  Living Will and Living trust. Oни особенно важны в сегодняшние тревожные времена. Пусть мои слова послужат звонком. Не для тех, кому 20-25. Им еще рано думать о финальном дне. Пусть танцуют до утра. Пока танцуется.

  Без завещания Вы всем говорите, что Вас никто не волнует, бейтесь головой об стенку, какое мне дело что будет после меня. Только не говорите мне что у Вас никак нет времени на мысли и действия о будущем после Вас. Потому что последствия могут быть большие. Опасности жизни в 21 веке на каждом углу. То, что мы называем каждодневной жизнью, может быть прервано в любую минуту предполагаемым или принятым  на себя нарушением любого из 6 млн. законов, постановлений, разьяснений, указаний, руководств, распоряжений и прочих рамок, созданных со дня рождения государства и, предположительно, направленных на то, чтобы наша жизнь выглядела цивилизованно. Это кроме недугов, болезней, несчастных случаев.

  И, удивительно и бесспорно, эти опасности не дискреминируют- беда может случиться с любым в любой момент, в любом месте.

  Living will говорит не только о вашей воле, о том что кому достанется. Завещание говорит и о том как бы Вы хотели закончить свою жизнь- на трубках, овощем, грузом для всех или достойным, умным человеком, уважающим себя и других. Эта часть завещания называется Advance Health Directive (Power of Attorney for Healthcare).

  А подумали ли Вы что будет с Вашим тяжело заработанным имуществом? Адвокаты и IRS будут первыми в очереди на растаскивание того, что Вы создавали потом, кровью, слезами. Эта часть называется Durable Power of Attorney- доверенность на распоряжение имуществом.

  Если у Вас несовершеннолетние дети? Кто будет их кормить и воспитывать пока им исполнится 18 лет? Завещание тоже об этом говорит в разделе guardianship.

  Но, опять же, будьте осторожны. Will or Living Trust должны быть сделаны грамотно. Я не имею ввиду язык. Я имею ввиду юридическую грамотность.

  Есть исторический примеры грубых ошибок в  завещании. И среди них не кого-нибудь, а глава Верховного Суда США Warren Burger. Главный адвокат Америки. Он составил и подписал свое завещание из 176 слов 9 Июня 1994 года, а 25 Июня 1995 года умер. Его жена умерла раньше. Наследство должно было перейти к детям. Все четко, ясно. Да? Оказалось нет! Он забыл написать что распорядители имущества имеют абсолютную власть и что налог на наследство, если будет, должен быть уплачен первым. Имущество было небольшое- 1.8 миллионов. Налог на наследство составил 450.000 (которого можно было легко избежать). Финал- после длительной беготни по судам и адвокатам дети получили всего пару сот тысяч долларов.

  Когда Вы умираете без завещания, probate court назначит своего представителя, который решит что дать кому. И не даром. Он заберёт минимум 10% стоимости всего чем Вы владели. А семейные распри сколько будут стоить? А потерянное время? Обычно не менее года. Нужно хорошее завещание? Звоните.  Вы будете чувствовать себя лучше, зная что сделали кому-то приятное, с’экономили деньги, не сделали ошибок. Ведь главное не то, что Вы заработали а то, что осталось в кармане.